Статьи / 08. Персидский ковер. Ковровые центры. Абадех, Афшары, Арак

08. Персидский ковер. Ковровые центры. Абадех, Афшары, Арак

Абадех

Около двадцати лет назад большие ковры седжадского размера из Абадеха начали пробиваться на рынок. Что касается их шерсти и стиля ткачества, они достаточно похожи на искусные афшарские ковры; но в их маленьких, довольно реалистичных цветочных орнаментах, они похожи на некоторые Саидабадские или Нирисские афшарские ковры. Фон обычно синий или кремовый (цвета слоновой кости). Когда используется красный, это ржаво-красный.

Афшары

Афшары – это кочевническая народность из Дзехесире (местность между Тигром и Евфратом). Когда они поспорили с турецким султаном из-за дани, шах Аббас Великий предложил им переехать в Персию, где они и осели, как кочевническое или наполовину кочевническое население, особенно в местности между Ширазом и Керманом.

Афшарийские ковры обладают яркими цветами. Преобладающие оттенки - это синий, красный, или цвет слоновый кости. Во многих мелких орнаментах - бесконечные вариации между стилизованными и реалистичными цветочными мотивами. Кроме ковров грубой текстуры, для которой используется так называемая «табачи» (шерсть снятая с руна с мертвой овцы с помощью извести), существуют образцы тончайшей работы, для которых была использована шелковистая, блестящая шерсть. Самые лучшие ковры делают в Саидабаде, довольно крупном городе полу-оседлых афшаров. Обратная сторона афшарских ковров часто ребристая, а иногда (например, во многих коврах из Саидабада) у них грубо сотканная основа. Афшарские ковры обычно седжадского размера; то есть, от 3 футов 4 дюймов до 4 футов 8 дюймов шириной от 6 до 8 футов в длину, но существуют отдельные образцы, достигающие около 6 футов 8 дюймов на 13 футов.

Арак (Султанабад)

Если вы приедете в Султанабад из Хамадана (древней Экбаланы), вас поразит разница между этими двумя городами. Тогда как в Хамадане на каждом шагу видны следы прошлого, Султанабад с его нео-персидским стилем кажется почти современным. Хотя это и очень древнее поселение, его древность маскируют дома и другие постройки, которые датируются последними тремя десятилетиями девятнадцатого века. Этот город в центральной Персии приобрел значимость благодаря ковровой индустрии. Функцией Султанабада, как самого крупного города в Махаллате, во всех частях которого ткут ковры, является поставка в окружающие селения пряжи и производство красителей, а также распределение заказов, поступающих издалека, между отдельными ткацкими предприятиями. Так как Султанабад, как город, обладает многими другими преимуществами, кроме связи с окружающими его деревнями, это один из самых важных регионов. Одним из его отличий является ребристая или рубчатая обратная сторона. Тонкие нити утка вплетаются между сравнительно толстыми нитями основы, что приводит к тому, что нити основы выступают на обратной стороне ковра, отчего она выглядит ребристой или шероховатой. Лучшие ковры высокого качества ткут в самом городе. Это наиболее аккуратные сарук-махалльские ковры, чье название должно подчеркивать то, что они относятся к махалльским, но к махалльским сарукского типа; так называемые сарукские, с близким расположением узлов и коротким ворсом – изделия из близлежащей местности Султанабада, созданные с использованием только растительных красителей, и, несмотря на короткий ворс, благодаря высочайшему качеству шерсти, практически не поддающиеся порче. В последнее время Султанабад также производил множество махарадширанских ковров - вид сарукских, с очень близким расположением узлов, и с пушистым ворсом – на экспорт в Америку.

В 1860-е годы солидная манчестерская фирма Зиглера, в дополнение ко многим другим своим сферам деятельности в Персии начала собирать и экспортировать ковры и коврики. Впоследствии, фирма решила организовать собственную ковровую индустрию. В качестве своего центра она избрала Султанабад. Бесспорно, инициатива Зиглера вдохнула в город новую жизнь, хотя кто-то может справедливо упрекнуть их за то, что они показывали плохой пример, начав использовать в ковровой индустрии искусственные красители. Во время первой мировой войн Султанабад пережил определенный упадок. Это произошло главным образом из-за того, что торговые компании (в основном армянские), в которых один партнер работал в Султанабаде, а второй (возможно брат), жил в Лондоне или Нью-Йорке, слишком приспособились к преобладающей тенденции химической промывки, что было чуждо для традиционного персидского творческого стиля.

В 1920 году несколько европейских компаний поставили перед собой задачу возрождения довоенных традиций. Для осуществления этого им пришлось закупить ковры старого типа в других персидских городах, и передать их ткачам, чтобы они своими глазами увидели достойные воспроизведения образцы. Им также пришлось искать по всей Персии мастеров, знакомых с искусством использования растительных красителей (их, к счастью, ещё можно было найти в сельской местности), благодаря чему они ввели использование растительных красителей на собственных предприятиях. Таким образом, они осуществили в Султанабаде настоящее возрождение, в частности возрождение сарукских и махалльских ковров, так что вплоть до начала следующей войны, их снова можно было приобрести в этой местности. В дополнение к коврам с длинным ворсом и коврам, которые производили для американского рынка сбыта, снова начали производиться ковры с достаточно коротким ворсом и настоящими растительными красителями, которые были характерной особенностью этого важного центра, на которых снова появились национальные орнаменты и рисунки, такие как Махи, пальметты разных размеров, маленькие серабендские орнаменты, Гул-Хенна и тому подобные.